Астрологический портал издательства Мир Урании: гороскопы, статьи по астрологии, астрологические сервисы и услуги

Астрологический

прогнозы
статьи
сервисы
услуги

портал

 
В началоГороскопыБИБЛИОТЕКА :: СТАТЬИАвторыастрологическиеАнонсыСервисыКонсультации и обучениеНаписать нам письмо
Агафонов, Алексей. Пушкин: последняя битваСтраницы : 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25
Астрологическая
литература
Оскар Хофман
Прогностические методы традиционной астрологии
Астрологические прогнозы на 2018 год
А.Агафонов, С.Курапов, М.Чистяков
Расписание
лектория
астролог Алексей Агафонов

 

Алексей Агафонов
Пушкин: последняя битва

назад Стр.5 читать дальше


Первая диагональ - страстная. Она соединяет два полюса-ориентира, выросшие из детского восприятия матери и бабушки. Негатив и позитив в восприятии матери разделяются. Негатив сгущается на первом полюсе, происходит перенос обиды на мать и страха перед ней с ее образа на образы фатальных женщин. Позитив уходит во второй полюс разделенной любви; бабушка формирует второй полюс и частично четвертый. В жизни Пушкина было несколько женщин старше него (Карамзина, Голицына, Осипова, Собаньская, Хитрово).

Первый полюс: умная, холодная, жестокая паучиха, убивающая самцов после совокупления (Клеопатра); "женщина с тайной", вызывающая безответную страсть (Собаньска).

Второй ориентир - женщины, разделившие страсть Пушкина. "Как летом роем мотыльки летят на пламя", так они слетались ко второму маяку. Их немало, и они разные. Это "прелестницы младые", для которых любовь - профессия; уездные барышни из соседних имений, с которыми Пушкин развлекался в манере рискованного петинга; светские женщины свободного поведения (Анна Керн); замужние дамы, скрывающие свою слабость к Пушкину; старшие женщины, игравшие в жизни Пушкина материнскую роль (Хитрово); женщины с трагической судьбой (Амалия Ризнич), рано покинувшие этот мир. Именно к ним рвется сердце Пушкина во время Болдинской осени, когда Пушкин должен был бы тосковать о своей невесте. И, наконец, это многочисленные крепостные девушки, которых поэту поставляла… та же Арина Родионова ("у меня детей нет, а все выблядки", писал Пушкин. Должно быть, немало по России ходит курчавых и смуглых потомков гения. Да и само Болдино, оказывается, на самом деле называлось Еболдино).

Перпендикулярно "страстной" диагонали расположена "платоническая" диагональ. Она соединяет маяки невинности и дружбы (выросшие из детского восприятия сестры).

Третий ориентир - "чистейшей прелести чистейший образец", невинная и возвышенно любимая девушка (дочери Раевского, Натали Гончарова до брака).

Четвертый ориентир -- подруги Пушкина, умные, образованные женщины, сочувствующие поэту, с которыми он делился самым сокровенным, но не состоял в близких отношениях (Долли Фикельмон).

Бурная жизнь утомила Пушкина. Впрочем, в этом он был не одинок. В те времена уже 27-летние чувствовали себя людьми пожившими (вспомним Лермонтова). К браку Пушкин шел с противоречивыми чувствами.

За месяц до свадьбы он пишет другу:

"Милый мой, расскажу тебе все, что у меня на душе: грустно, тоска, тоска. Жизнь жениха тридцатилетнего хуже 30-ти лет жизни игрока. Дела будущей тещи моей расстроены. Свадьба моя отлагается день от дня далее. Между тем я хладею, думаю о заботах женатого человека, о прелести холостой жизни. К тому же московские сплетни доходят до ушей невесты и ее матери - отсюда размолвки, колкие обиняки, ненадежные примирения - словом, если я и не несчастлив, по крайней мере не счастлив". А чуть ниже еще жестче: "От добра добра не ищут. Черт меня догадал бредить о счастьи, как будто я для него создан. Должно мне было довольствоваться независимостью..."

"Молодость моя прошла шумно и бесплодно. До сих пор я жил иначе как обыкновенно живут. Счастья мне не было. Счастье можно найти лишь на проторённых дорогах. Мне за 30 лет. В тридцать лет люди обыкновенно женятся - я поступаю как люди, и вероятно, не буду в том раскаиваться. К тому же я женюсь без упоения, без ребяческого очарования. Будущность является мне не в розах, но в строгой наготе своей. Горести не удивят меня: они входят в мои домашние расчёты. Всякая радость будет мне неожиданностью".

Страсть Пушкина обращена то к потусторонней женщине, уже ушедшей (Амалии Ризнич), то к недостижимой, холодной, честолюбивой Собаньской, то к Елизавете Воронцовой, которая и возлюбленной его не была. Причем все это - воображаемые страсти, давно ушедшие драмы, на самом деле, это прощание с холостой свободой, отпевание юности, вероятно - предчувствие роковой роли жены:

В последний раз твой образ милый
Дерзаю мысленно ласкать,
Будить мечту сердечной силой
И с негой робкой и унылой
Твою любовь воспоминать.
Бегут, меняясь, наши лета,
Меняя все, меняя нас,
Уж ты для своего поэта
Могильным сумраком одета,
И для тебя твой друг угас.
Прими же, дальная подруга,
Прощанье сердца моего,
Как овдовевшая супруга,
Как друг, обнявший молча друга
Пред заточением его.

Здесь проскальзывает пророческое "как овдовевшая супруга". Брак, кажется ему - это тюрьма, заточение. Но тут же он пишет о будущей жене:

Исполнились мои желания. Творец
Тебя мне ниспослал, тебя, моя Мадонна,
Чистейшей прелести чистейший образец.

Конечно, это идеализация, причем предельная (что показательно, первоначально у стихотворения был другой адресат!). Стихотворение написано до свадьбы. Но вот через неделю после свадьбы Пушкин пишет:

"Я женат - и счастлив; одно желание моё, чтоб ничего в жизни моей не изменилось - лучшего не дождусь. Это состояние для меня так ново, что кажется я переродился".

Страсти кончились, пришла любовь. Инцестуальный запрет был разрушен. "Чистейшей прелести чистейший образец" и объект сексуального вожделения слились воедино. Появились дети, Пушкин почувствовал себя мужчиной, главой семьи.

Замечательно то, что после Болдинской осени и последующего брака с Гончаровой Пушкин почти не пишет лирических стихотворений. Наталья Николаевна, по-видимому, объединила до некоторой степени второй и третий ориентиры - чистоты и сексуальности, после чего первый "маяк" за ненадобностью потух. По мере взросления Пушкина наладились и отношения с матерью.

После брака, с рождением детей внутренние запреты на любовь постепенно уходят, впрочем, и сама любовь Пушкина становится иной - более глубокой и приближенной к реальности. Но гармоничного и счастливого брака у Пушкиных не получилось. Сам Пушкин был к нему не готов ("Нет, я не создан для блаженства, ему чужда душа моя"). Он вскоре продолжил привычную жизнь: вновь начались влюбленности, поиски идеальной красоты, восхваление все новых женщин, увлечения все более молодыми девушками… Н.Н. ревновала мужа, и не без основания. Они были очень разными. И мало-помалу пропасть между ними расширялась. Хотя не была непреодолимой. Перед дуэлью Пушкин вновь нежен с женой. "А душу твою люблю больше всего", - так о чужом человеке не скажешь.



назад Стр.5 читать дальше

См.также:
Об авторе
Прогноз на месяц
Прогноз на 2016 г.
Прогноз на 2015 г.
Прогноз на 2014 г.
Прогноз на 2013 г.
Заочный курс
Консультация
Книги А.Агафонова

Подписаться на
"Новости Урании"



 


© ООО "Мир Урании" - астрологическое издательство, 2007 - 2018 г.
Свободная перепечатка астрологических прогнозов и статей запрещена!
Реклама на портале, вебмастер: webmaster@urania.ru


ПОЛЕЗНЫЕ РЕСУРСЫ СЕТИ: